Это самый необычный особняк, который мы посетили в Санкт-Петербурге. Если утрировать, то это склеп Кельхов, воздвигнутый ими же самими.
Первые слова нашей провожатой: «Если вы познакомились с историей этого дома в сети, забудьте всё, вам предстоит начать с чистого листа.»
Кто-то тут же язвительно спросил: «А вы занимаетесь научной работой?» И получил в ответ заслуженное: «Да. Цель моих изысканий — найти потомков Кельхов и хотя бы следы тех несметных богатств, что некогда наполняли этот дом. Переписку приходится вести с Францией, Японией, Финляндией. Жду каждого ответа, и с каждым новым годом у меня появляется нечто новое для вас, гостей этого волшебного дома.»
Такова прелюдия.
Особняк Кельха или Дом Юриста на улице Чайковского, 28. Санкт-Петербург.
Варвара Базанова родилась в Иркутске за тридевять земель от столицы в богатейшей купеческой семье, владевшей золотыми приисками, пароходствами и солеваренными заводами. Рано лишившись отца, им с матушкой пришлось жить в доме у свёкра.
Её матушка… О, женщину такого ума и силы воли ещё поискать.
Схоронив и свёкра, Юлия Ивановна Базанова, купчиха 1-й гильдии, благотворительница, почётная гражданка Иркутска и Москвы, продолжила приумножать состояние семьи, но перебралась с единственной дочерью в Москву, решив дать ей дворянское образование, а уж дворянин со временем найдётся.
Камин в Готической столовой. Особняк Кельха. Санкт-Петербург.
Готическая столовая – это неоспоримая жемчужина особняка, подробно о ней чуть ниже, а пока предыстория.
Москва в те времена была лишь трамплином, а мечта или цель — попасть в высшее общество Санкт-Петербурга.
Когда Вареньке исполнилось шестнадцать Юлия Ивановна решила приобщать её к делам. Мудрая матушка сказалась приболевшей, и девушка отправилась на благотворительный ужин одна-оденёшенька, а вернулась по уши влюблённой.
Николай Кельх председательствовал на том благотворительном вечере. Дворянин в первом поколении, старший сын барона Фердинанда Кельха, финансист с безупречной репутацией, не стар — 33. Матушка одобрила выбор сердца дочери, сыграли свадьбу.
Вот тогда за немыслимые деньги — 300 000 рублей (полтора миллиарда по нынешним) Николай Кельх и покупает дом бывшего греческого консула Кондоянаки, начиная обустраивать семейную резиденцию, в которой будет всё самое лучшее, на их балах будут танцевать аристократы голубых кровей и его Варюшка покорит светское общество.
Свою первую дочурку пара назвала в честь бабушки — Юлией.
Парадная лестница
Элегантная и богато декорированная беломраморная лестница с порога захватывает воображение, но порождает у вошедшего и непростые вопросы.
Мужские, а не привычные женские изваяния украшают её по бокам и герб-картуш тоже необычен.
Парадная беломраморная лестница с драконами. Особняк Кельха. Санкт-Петербург.
Четыре буквы переплетены вместе: Н — А — В — К.
Уже собрали лестницу каррарского мрамора, с невероятным трудом заказанную и доставленную из Москвы, когда Николай внезапно умирает. Сердце. Лишь три года длилось счастье.
Два чудесных мужских изваяния в верней части пилястр — это братья: справа с головой, покрытой саваном, Николай Кельх, слева молодой Александр, которому придётся достраивать этот дом.
Теперь вам понятны четыре буквы на картуше, которые будут не раз встречаться в особняке, — это первые буквы имён Николай, Александр, Варвара Кельхи.
Николай Кельх, первый супруг Варвары Базановой и владелец особняка Кельха.
Вместе с группой счастливчиков из Новосибирска, Самары, Тагила и Москвы, некоторые из которых «ловили» билеты сюда четыре года! (мы и сами два), под великолепными сводами поднимаемся на второй этаж.
Роспись плафона в прихожей особняка Кельха. Чайковского, 28. Санкт-Петербург.
Грандиозный световой фонарь над лестницей. Особняк Кельха. Санкт-Петербург.
Молодой безутешной вдове о двадцати лет предстояло унаследовать всё, но Варвара была словно не в себе. Как писала тогда её матушка «она просто окаменела от горя». Юлии Ивановнеснова всё пришлось брать в свои руки — и о внучке хлопотать, и о слившемся состоянии Базановых и Кельхов.
Поднявшись по этой нереальной красоты лестнице, мы окажемся в скромном помещении приёмной.
Фрагмент декора лестницы в особняке Кельха. Ныне Дом юриста. Санкт-Петербург.
Приёмная
Помещение скромное и соответствует своему утилитарному назначению, однако этот дом полон аллегорий — история рода Кельхов читается на плафоне, но нас сейчас интересует пара барельефов над дверьми помещения.
Если вам удобнее получать анонсы наших очерков через МАКС, подпишитесь на наш канал!
Итак, Варвара — законная наследница, но немалая часть огромного состояния досталась ей от Кельхов, кому как не деверю Александру всем этим управлять и достраивать дом?
На семейном совете мудрой матушкой было внесено предложение: пара должна пожениться, деньги останутся в семье, проект «Варвара Кельх в высшем свете» по-прежнему реализуем.
Почему нет? Ему 24, ей 20, стерпится-слюбится, да и маленькая Юлечка Александру не чужая, родная кровинушка, племянница. Александр, как человек с трезвым рассудком, предложение Юлии Ивановны принял. Варвару пришлось уговаривать, уговорили…
Дальше молодые стали обмениваться аллегорическими посланиями в стекле, камне и дереве, а палитрой стал этот особняк.
Барельеф (горельеф) в приемной особняка Кельха.
Над дверью мы видим молодую полную жизни женщину, по правую её руку павлин, хвост его сложен — нет в её жизни семейного счастья, по левую агнец — символ жертвенности, а на заднем плане стелится по ветру саван и уже едва различим некий мужчина…
Минуло два года, и у новой супружеской пары рождается мальчик, наследник! Ребёнка, естественно, назвали… Николаем. Но теперь то уж точно слюбится! У пары двое деток, роскошный дом в столице почти готов, начнут принимать гостей, сами бывать в свете, всё образуется, полагала Юлия Ивановна.
Бальный зал
Роскошный бальный зал по замыслу архитекторов соседствовал с Золотой столовой. К сожалению, именно в неё во время ВОВ угодил снаряд и помещение полностью выгорело, тогда же фасад здания потерял третий эркер.
Что там сейчас за закрытой дверью? Известно одно, столовую не восстанавливали, а вот в остальном от пола до потолков всё, что вы видите в этом особняке, подлинное.
Бальный или Белый зал. Особняк Кельха. Санкт-Петербург.
Плафон в бальном зале. Особняк Кельха. Санкт-Петербург, ул. Чайковского, 28.
В большом зале оставалось обустроить камин, он должен был стать изюминкой помещения. Исполнителем была выбрана пока ещё никому не известная первая женщина-скульптор Санкт-Петербурга Мария Диллон, позже её будут называть ни больше ни меньше реинкарнацией Микеланджело.
Печальная история хозяйки дома скульптору была известна. Что из этого получилось?
«Пробуждение Весны» — камин в стиле рококо. Автор Мария Диллон. Особняк Кельха.
Для пышного камина с пятиметровым надкаминным горельефом автором намеренно был выбран редкий мрамор цвета пепла. Варвара утвердила и материал, и эскиз. На камине изображена молодая девушка-Весна, отогреть её, растопить лёд пытается прекрасный юноша.
На картуше, по-прежнему переплетены: Н — А — В — К.
Переходим на мужскую половину дома, сегодня только из окна можно взглянуть на двор особняка.
Внутренний двор особняка Кельха и ажурный готический конюшенный павильон.
Готическая столовая
Этот Рыцарский зал на мужской половине — жемчужина особняка Кельха.
Готическая столовая. Особняк Кельха.
Тут удивительный паркет не уступает декору потолка, а витражи пленяют.
Фрагмент паркета в особняке Кельха.
Фрагмент высокого сводчатого потолка в особняке Кельха.
И всё как и положено в средневековой сказке про принцессу. На витраже в маленьком алькове Он, Александр Кельх, и его Прекрасная дама.
Еще раз подчеркну: гордость особняка — 90% подлинного убранства, даже витражи не пострадали от бомбёжек, утеряна только Золотая столовая.
Он и Она. Витражные окна в особняке Кельха.
И если до сих пор на «гербе» этого дома непременно читалось Николай, Александр, Варвара Кельх, то на своей половине Александр впервые позволил себе герб с тремя литерами А — В — К.
Не могу осуждать…. у мужика были крепкие нервы! С кончины Николая и заключения ими брака, который он изо всех сил пытался превратить в семью, прошли годы.
После танцевального зала с камином-надгробием, многие мужья задали бы Варваре хорошую трёпку, да и камин бы ликвидировали с глаз долой, а он всё питал надежду…
На его камине она снова Прекрасная дама, а он её скромный рыцарь и управляющий.
Как, должно быть, изнывало его сердце: ты о чём думаешь, душа моя?! Подписалась, вези воз! Почему умирает наше дитя о двух лет?
Варвара, по-видимому, действительно пребывала не совсем в себе: дочь от первого брака и маленького Николая воспитывала несгибаемой воли бабушка.
Варвара же, живя прошлым, совершала дерзко-неудачные попытки реализовывая старую цель — пробиться в высший свет. Дворянка по мужу, ей бы подождать, деток воспитать и с таким немыслимым приданым женить да замуж отдать, но е жила она будущим…
Приехала она раз на благотворительный ужин, где демонстрировались яйца Фаберже, привезя с собой в сумочке вторую по величине коллекцию драгоценных яиц (после Романовых). Для сравнения: вдовствующая императрица Мария Фёдоровна прислала одно. Естественно, все Юсуповы да Куракины обиделись.
Употреблю клише: она всё-таки попала в высший свет, но уже на парижском кладбище Сент-Женевьев-де-Буа. Потеряв двух Николаев, Варвара оставила второго супруга и задолго до революции отбыла в Париж. Ну, хоть какое-то везение в её жизни.
Готическая столовая. Особняк Кельха.
Когда настали времена красного террора, Варвара приглашала и мать, и бывшего супруга в Париж. Только не верили они, что большевики пришли надолго.
Александр стерёг пустой дом, Кельхи не жили в нём и дня, ему же выпало хоронить Юлию Ивановну. Лишь её дочь Юлия присоединилась к ней в Париже.
Юлия Николаевна Кельх вышла замуж и эмигрировала из Франции в Японию, там и затерялись следы Кельхов… Но наша экскурсовод, хранительница и исследовательница этого дома пишет письма, посылает запросы… может и есть у этого дома наследники.
Ещё одна история любви
Португальские молодожены приезжают поклясться в вечной любви друг другу в Алькобасу — туда, где это сделал их король, туда, где чувства вечны, — уже более 700 лет….
Прочитайте: Два саркофага — памятник вечной любви
Всем счастливых дорог!